?

Log in

No account? Create an account

krispotupchik


Блог Кристины Потупчик


Монополия на шансы
krispotupchik
Капитализм как экономическая система подразумевает неравенство. Кому-то суп жидкий, а кому-то — жемчуг мелок. Несогласие с этой конкурентной истиной уже не раз рождало проблемы гораздо более серьезные, чем исходный дисбаланс возможностей. Раскулачивание и прочие попытки экономически «уравнять» граждан выливались в голод, кризис и буквально гражданскую войну. Однако стоит ли подчеркивать это неравенство тогда, когда стремительно растет количество тех, кто находится за чертой бедности?

«Коллекция бренда Rodarte в гардеробе столичной модницы стоит около 30 миллионов рублей», сообщает журнал Vogue факты из жизни московской IT-girl Илоны Столье. Барышня выходит на пляж с сумкой стоимостью 12 000$, продолжают журналисты. Может ли жена рублевого миллиардера, заработавшего свои деньги в бизнесе, демонстрировать полный набор нарядов «от кутюр», приобретенный на последней неделе моды? Сложно с этим спорить. Должна ли становиться торговкой на этой ярмарке тщеславия жена депутата Государственной Думы? Уверенности уже гораздо меньше.

Супруга предпринимателя и депутата Госдумы Виталия Южилина Илона Столье — не единственная, кто в условиях резкого падения российской экономики кичится сохранившимся богатством. Дым коромыслом на свадьбах, юбилеях и корпоративах, торт за десятки тысяч, платье — за сотни, кольцо — за миллионы. В итоге - старательные, смакующие каждый вложенный в торжества рубль публикации в СМИ, которые выглядят, как весточки из другой вселенной, где нефть не 30, доллар не 75, а жизнь будет длиться вечно. Пир во время чумы хорошо продается, даже несмотря на неблагоприятную эпидемиологическую ситуацию.

Чего хочет обычный подросток из Мухосранска, чье население — 100 тысяч в сезон, основной добавочный к скромной зарплате промысел — продажа ягод летом и дров зимой, а ближайший вуз находится в 60 километрах узкоколейки? О чем он мечтает, читая новости самых популярных федеральных СМИ? Девушка думает, как в Мухосранске экстренно садится частный самолет Леонардо Ди Каприо, и актер, который, конечно, тут же влюбляется в провинциальную принцессу, увозит ее прямиком в Голливуд. Юноша мечтает набить морду всем обидчикам, начать крышевать автомойку, и жениться на той, которая продолжает мечтать о Ди Каприо. Социальный лифт сломался, идите по лестнице. Ой, извините, ее завалило строительным мусором. Кризис же.

Капитализм, плюс коррупция, плюс жесткая иерархичность общества — российское экономическое уравнение дает в результате колоссальный разрыв между богатыми и бедными; теми, кто подсуетился на раздаче в 90-е, и теми, кто так и прождал бесцельно, пока их тыква превратится в карету.

Однако монополия на шансы, сложившаяся в России за последние годы и принадлежащая узкой социальной прослойке — это не повод призывать к новому раскулачиванию, переделу собственности или, тем более, к смене политической системы. Социальное неравенство — это не путинская wannabe-парадигма, но плод психологии «русского богатого»; неравенство, о котором Путин знает и периодически пытается влиять в ручном режиме — взять хоть Пикалево, где жизнь целого моногорода была поставлена в зависимость от выгоды одного олигарха, и было необходимо личное вмешательство президента, чтобы помочь людям.

Чем медленнее движется социальный лифт, тем более отвязно ведут себя верхние этажи, которые знают, что некому достигнуть высот, доставшихся им не по способностям, а случайным образом, а значит — тщательно оберегаемым от более компетентных претендентов. Все дозволено: миллионные гардеробы, миллионные праздники, миллионные траты «в пустоту» - российские богачи, чем хуже экономике, тем больше пренебрегают любой скромностью, устраивая императорские оргии экономического распутства.

Что, уже хочется экспроприировать у первой сотни русского «Форбс» имущество, раздав его в пользу бедных? А чем вы тогда отличаетесь от мэра одной столицы, брезгливо морщащегося от «бумажек на собственность»? Да, действительно, ситуация выглядела бы лучше, если бы российские богачи более сдержанно демонстрировали нажитое, а количество нулей в их декларации о доходах не было индульгенцией для их детей и друзей. Хочется похвастаться приобретениями, все мы грешны, но ведь не под носом же у тех, кто последнюю гречку без соли доедает? Для шикарной жизни, в конце концов, прекрасно оборудовано гетто Рублевки. Никакой «нищеброд» не испортит там аппетит вашим домработницам, там рестораны, кинотеатры и магазины своим прайс-листом оставят спокойным только арабского шейха, и в ситуации, когда показная роскошь — это хороший тон, нувориши могут спокойно «отпустить себя» в этой резервации, окутанной бриллиантовым дымом.

Кивайте на западных богачей, кивайте. На каждого Канье Уэста с Ким Кардашьян, поведенчески представляющих, кажется, полную копию депутатов Госдумы, там есть Марк Цукерберг с десятком серых футболок в гардеробе и желанием потратить 99% своих миллиардов на благотворительность; создательница Гарри Поттера Джоан Роулинг, первая в истории списка «Форбс» потерявшая статус миллиардерши, потому что пожертвовала эти деньги на благотворительность; Эмма Уотсон, наконец, та самая Гермиона, которая решила пренебречь карьерой в кино ради политического активизма.

А что в России? Российская «Роулинг» (ха-ха), Дарья Донцова, чуть было не закрыла самолично главную интернет-библиотеку на русском языке. Михаил Ходорковский платит зарплату людям, которые с трудом определяют время по наручным часам. Юрий Мильнер учредил премию не для русских ученых, которые стонут от недофинансирования, а для международного сообщества — не могу осудить, но и похвалить миллиардера, пренебрегающего родиной, тоже не могу.

Поэтому рассчитывать на то, что сова принесет вам приглашение в школу волшебников, не стоит. Хорошие времена кончились. С наступлением кризиса многие мои друзья потеряли работу, не смогли продолжить обучение, вернулись назад в родные хрущевки.

Если кто-то считает, что у нас в стране возможна гражданская война на основе политических взглядов — это бред. Единственный конфликт, который угрожает России — классовый. Как человек, который вырос в 32-х метровой хрущевке и до сих пор доедающий еду, даже если не хочется, я знаю эту ситуацию изнутри. Да, у меня много состоятельных друзей, но много и знакомых семей, для которых тысяча рублей — вопрос жизни и смерти. Этот трагический контраст, может, экономически и оправдан, но ужасно, ужасно несправедлив. Простым людям тоже надо давать шансы. И речь не о маленькой лазейке в рай распределенных благ. Речь о стартапах и проектах, которые, как Uber, готовы изменить экономику целых отраслей, поставив во главу угла помощь простым людям. Палатки, дальнобойщики, малый бизнес, продажа собственноручно засоленных огурцов у метро — люди должны иметь способ выйти на общий рынок, продавать плоды своего труда без кабальных условий и договоренностей, а экономика «дележки», экономика шеринга должна запустить социальный лифт вновь, пусть он и простаивал слишком долго.

Кризис — это время, когда изменение своего экономического статуса первыми чувствуют не Столье с Собчак. Это время, когда жертвами становятся скромные чувства и возможности простых людей, которые и раньше-то выбирали между макаронами за 30 и макаронами за 50. И если элита находится в таком колоссальном отрыве от своих сограждан, что готова кичиться перед ними доходами, ни копейки из которых не было заработано их умениями и достоинствами, национальная идентичность продолжает размываться и атомизироваться, превращая патриотизм, о котором говорил президент, в пустой звук. Потратить деньги вы, может, и успеете. А вот свалить до тех пор, пока окружающие не поймут, что источник вашего дохода высосан из их пальца, вы уже вряд ли сможете. Предупредительность никогда не была козырной картой российской элиты,